Европейцы оказались на карантине гораздо раньше, чем российские семьи. На сегодня многие из них провели в режиме самоизоляции больше месяца. Своим опытом с читателями «Литтлвана» уже делились родители из Испании и Италии. Сегодня о жизни в изоляции рассказывает Александра Пенкина из Парижа.
Меня зовут Александра. Мне 38 лет. Я живу в Париже с мужем и сыном-школьником. Антону 12 лет. До введения карантина работала гидом. К обязательной изоляции Франция шла постепенно. Сначала ввели запрет на проведение мероприятий численностью более 1000 человек, затем — более 500. Потом с перерывом в несколько дней закрыли школы, кафе, рестораны, парикмахерские, бары, библиотеки. 16 марта в 20:00 выступил президент и объявил, что мы все должны сидеть дома с 17 марта. На сегодня режим изоляции продлен до середины апреля.
Хроники изоляции
Можно выходить на улицу, имея при себе удостоверения личности и специальную бумагу, в которой указана причина выхода. Это: необходимость работать, посещение магазина, аптеки или врача, занятие спортом, выгул домашнего животного. В первые дни карантина можно было отметить, что ты вышел «поддерживать себя в физической форме», не указывая времени выхода. Многие, надев спортивную форму на окраине города, так оказывались на набережных Сены, в самом центре. И людей на улицах было по-прежнему много. Поэтому через несколько дней форма заполняемой бумаги изменилась. Теперь покидать дом можно максимум на 1 час в день и только в радиусе 1 км от своего места жительства. Штраф за нарушение правил — 135 евро. Если тебя поймают еще раз в течение 15 дней, придется заплатить около 1000.
В некоторых городах приняли более жесткие меры. Например, в департаменте Вар в одном таком городке выходить можно не дальше, чем на 10 метров от дома. Мэр этого города — зубной врач. Очень многие медики во Франции выступали с просьбами ввести комендантский час, как в Китае. Была даже коллективная просьба в Госсовет, в которой отказали. В Париже мэр сказала, что если заставить людей строго сидеть в маленьких квартирках (средняя площадь квартиры тут — 45 кв. м.), многие просто сойдут с ума.
Страхи первых дней
В первые дни я была в ужасе. Переживала, что у меня появится клаустрофобия и мне захочется выброситься из окна. Еще был страх заболеть — стало першить в горле, появился озноб, кашель. Такие же симптомы наблюдались у супруга, а он точно знал, что у одного из его коллег диагноз COVID-19 подтвердился. Мне кажется, что тогда мой страх передался и сыну. Он на своей бутылочке дезинфицирующего геля написал: «Я люблю пиццу, я люблю свою жизнь».
Еще я боялась, что будет проблема с продуктами, особенно со свежими овощами. Как выяснилось, зря — наполняемость магазинов осталась прежней. Все булочные, сырные лавки и даже алкогольные магазины открыты. Во всяком случае, в моем спальном районе. Там, где много офисов, булочные и мелкие лавки закрылись: мало посетителей.
В первые дни карантина мусорщики и уборщики подъездов не хотели работать. Но потом всем, кто вынужден сейчас работать с людьми, повысили зарплату на 30%. Также выплатили единоразовую премию в 1000 евро. Так что теперь у нас подъезд просто блестит — его каждый день драют и дезинфицируют.
Жить можно?
Жить в изоляции можно. У нас трехкомнатная квартира. У каждого свое пространство: у мужа — гостиная, у меня — спальня, у сына — детская. Живем по расписанию. Мы встаем в одно и то же время. Завтракаем. Затем муж начинает работать — он программист. А сын учится. Он каждый день получает много заданий от школы по интернету. Учителя делят учеников на группы по 2–5 человек, и они работают онлайн. С переходом на дистанционку ни у кого не возникло проблем — во Франции всегда была возможность учиться из дома, используя специальную платформу. Сейчас, например, Антон и его одноклассники получили от учителя задание сделать работы на тему музыки. Школа собирается устроить виртуальную выставку.
Обычно в 18:00 мы все смотрим новости. В 19:30 ужинаем. В конце недели учителя присылают отчет родителям с оценками и рекомендациям. Поэтому в субботу доделываем с сыном некоторые задания. В остальное время играем в настольные игры вроде Scrabble, читаем и смотрим фильмы.
Изоляция для детей…
У французов не принято особо жаловаться: «Я хочу есть» или «У меня болит мозоль». У тебя должна быть сила воли. Конечно, Антон страдает. Но он ни разу не говорил об этом. Считает, что во время Второй мировой войны было хуже. Так что психологи здесь советуют быть с детьми осторожнее.
Мой сын сейчас просто заполняет все свободное время тем, что общается с одноклассниками онлайн. Он, кстати, больше переживал за бабушку и дедушку. Но они уехали на дачу в Бургундию. Раз в неделю дедушка выезжает за покупками в большой супермаркет в часе езды от дома.
Но, вообще, Антон признался мне, что ему не хватает привычной рутины.
Сейчас, я считаю, важно детей занимать, но особо давить на них не нужно — они тоже переживают, хоть и не говорят. Так что пусть занимаются приятными для них вещами: читают книги, смотрят кино или мультики. Конечно, мне кажется, что сын занимается с одноклассниками в группе не очень хорошо: они там и хихикают, и обсуждают не связанные с учебой вещи. Но зато это общение со сверстниками. Оно отвлекает и поддерживает.
…и для родителей
Я, в принципе, ко всему успела подготовиться. Взяла себе 30 книг в библиотеке. Жалела вначале, что не купила велосипед. Но на третий день карантина в Париже запретили кататься на великах.
Записалась на сдачу экзамена на кембриджский сертификат CAE (экзамен по английскому языку — прим. ред.) на 30 июня. Готовлюсь каждый день. Пишу сочинения, занимаюсь раз в неделю с преподавателями из Шотландии.
Еще читаю «Улисса». Собираюсь написать несколько новых экскурсий и выложить на платформе, которая продает мои туры. И я наконец-то разбираю папки с фото из наших путешествий и делаю альбомы по годам и городам — раньше до этого не доходили руки. Кстати, государство заплатит мне мою среднюю зарплату за март и, возможно, за апрель.
В общем, жить в карантине можно. Есть ощущение, что это некий флешмоб мирового масштаба. Конечно, мы очень ждем, когда это все закончится, переживаем за всех людей, которые пострадают от эпидемии. Каждый вечер в 20:00 хлопаем в ладоши, чтобы выразить поддержку медикам, кассирам, производителям еды, поставщикам энергии и интернета, пожарным, которые продолжают выполнять свою работу.
