Это сообщение автоматически закроется через сек.

«Главный хедхантер рунета» и создатель «Антирабства» — о том, как ребенку определиться с профессией, сдать ЕГЭ, выбрать вуз и обеспечить родителям хорошую пенсию.

Алена Владимирская, 48 лет. Хедхантер, основатель рекрутингового агентства Pruffi и платформы карьерного консультирования «Антирабство». Эксперт в области рекрутинга и профориентации, в том числе — подростков.

— В каком-то смысле вы живете в будущем?

— Нет, я живу в настоящем. А на будущем я зарабатываю.

— И все же многое из того, о чем вы говорите, выглядит как научная фантастика.

— Никакой фантастики! Все прогнозы у меня в горизонте 3–5 лет. Профессия хедхантера предполагает, что ты общаешься с собственниками бизнеса. Они задумывают новое направление в бизнесе, который станет трендом через три года, и говорят: «Давай поищем людей под эту задачу». Это не про будущее, а про сегодня. И про то, как к наступлению будущего подготовиться, — вспахать и удобрить поле, чтоб было что засеивать.

Образование — такая же обязательная статья расходов, как питание

— Тренеры личностного роста говорят: «Нашли свою сильную сторону — прокачивайте ее бесконечно. Станете экспертом в своей области и всегда будете востребованы». У детей все так же?

— Где-то до 12–14 лет мы должны показать ребенку все многообразие мира — чтобы он определил спектр своих интересов. Что-то вроде «мне интересно рисовать и танцевать — возможно, я гуманитарий». Дальше природой заложен возраст подросткового протеста — на этом этапе важно найти взрослого, который проведет ребенка вглубь профессии: это может быть учитель, руководитель кружка, друг семьи. Если это произошло, то дальше мы с вами становимся «кошельком на ножках» — человеком, который обеспечивает, чтобы ребенок поступил в хороший вуз.

— Вы говорите, что для родителя важно показать ребенку целый спектр возможностей. А как сделать, чтобы он не перегорел, не переутомился?

— Дети — они по природе запойные. У них сериальное мышление. И потому важно поддерживать интерес в правильной форме. «Работай, и в перспективе ты станешь балериной Большого театра», — это не работает. Работает мотивация с оценкой: «Давай сделаем на Новый год какую-нибудь супер-пупер-поделку, которую ты покажешь в школе». И ребенок загорается: его ближайшая мотивация — оценка «Вау! Круто!» от одноклассников.

— Что вы подразумеваете под хорошим вузом?

— Во-первых, мало кто из детей на момент поступления четко определился с выбором профессии, поэтому вуз должен быть большим. Таким, чтобы, если на 2 или 3 курсе студент понял, что выбрал не ту профессию, у него была возможность перейти на другой факультет внутри вуза. Во-вторых, вуз должен входить в «Проект 5-100» (государственная программа поддержки крупнейших российских вузов — ред.) — тогда он получает финансирование, есть гарантии, что там хорошие лаборатории и лекции читает лучшая профессура. В-третьих, у вуза должна быть международная практика. Стажировки, волонтерство, магистратура за границей — это все идет на пользу. Четвертое — в вузе должны читать лекции реальные практики, а не «сбитые летчики». Потому что в этом случае лучшие работодатели сразу нанимают лучших студентов на работу.

— А про «кошелек на ножках» уточните? Есть какие-то границы этого кошелька?

— Нет, это бездонная бочка. Вопрос в том, сколько вы можете себе позволить, и в том, что любая семья должна понимать: образование ребенка — это такая же обязательная статья расходов, как питание, транспорт, коммуналка. Если ребенок хорошо знает язык, то в интернете есть большое количество бесплатного онлайн-контента на английском. А до этого момента не стесняйтесь обращать внимание на бесплатные возможности — гранты, государственные программы: это все есть! Уверенно спрашивайте в кружках или секциях: «Какие у вас есть бесплатные программы?». Большая часть образовательных учреждений существует на средства, выделяемые государством или частными инвесторами, которые диктуют определенное количество бесплатных мест — как для детей из социально незащищенных семей, так и для просто талантливых, которых нужно поощрять.

Прогнозы из прошлого

— В 2014 году вы говорили про нашу специфику: «Проклятье родителей — это программирование детей под свое прошлое». Прошло четыре года, родители изменились?

— Нет, ничего не изменилось. Это небыстрый процесс: переделать психологию взрослого человека очень сложно. Программирование на зоны, которые кажутся родителям комфортными, никуда не ушло. Единственное, раньше родители говорили: «Мы потомственные юристы», или наоборот: «Мы всю жизнь на заводе работали, а тетя Маша сидит в бухгалтерии — и это лучше, чем на заводе», а теперь стали слушать и читать.

— Три года назад вы убеждали будущих врачей, что придется учиться «медицине на стыке инженерии и медицины». Это актуально?

— Медицине очень будет нужна робототехника на уровне 3D-печати органов и создания умных протезов. Мир меняется: раньше ребенок, который родился без руки или получил травму в течение жизни, становился изгоем. А сейчас, когда делают красивые и умные протезы — например, в виде руки человека-паука, это становится предметом гордости.

— Тогда же вы говорили, что востребованность в сегменте «новый интернет» будет расти в ближайшие 5–7 лет? Растет?

— Да. Несколько дней назад всю базу данных Сбербанка выложили в открытый доступ. И чтобы не случалось таких вещей, огромное количество людей в огромной индустрии нас от этого защищают. Кибербезопасность — один из самых востребованных сегментов, где реализуется потребность людей защитить свои персональные данные и данные компании, связанные с секретами и деньгами.

— Вы обещали, что в России будет бурно развиваться индустрия развлечений.

— Да, я объясню: мир развлечений — интернациональный. А Россия — большая страна, которая традиционно потребляет много развлечений. Сейчас меняется их суть — и здесь будет бум, будут строиться разные необычные парки. А еще будет развиваться туризм: причем чем хуже будет чувствовать себя рубль по отношению к доллару и евро, тем привлекательней будет выглядеть Россия — здесь много историй, легенд, «заманух»: цари, алмазы, медведи, балалайки, храмы, бренды. Есть что продавать.

— Уже пять лет вы упорно пророчите прорыв в нашем сельском хозяйстве.

— Он есть — и большой! Но вам тут этот прорыв не очень заметен. Теплицы в Петербурге есть, но они выращивают овощи для внутреннего потребления и особо не развиваются. А вот сельское хозяйство в зоне Черноземья пережило настоящий взрыв — и Оренбург, и Краснодар встали на ноги за последние пять лет: наша пшеница, овощи и мясо очень актуальны. В России стали развиваться маленькие бизнесы — например, частные сыроварни, в том же Подмосковье их очень много. К сельскому хозяйству относятся и регионы, где добывают рыбу и водоросли: Калининград и Владивосток.

Мы видим, что агросектор очень быстро растет. Закупаются лучшие технологии из Европы, Израиля. В это щедро вкладываются.

Будущее уже здесь

— Наступает 2019 год. Какие сегодня самые актуальные прогнозы в плане работы?

— В России трудно делать прогнозы — у нас кризис носит не экономический, а политический характер. Да, экономика стала выравниваться, появляется большое количество вакансий. Но если не разрулится политическая ситуация, к нам будут применены новые, очень жесткие санкции — а это очень нехорошо. Полагаю, год будет сложный.

Если говорить о перспективных нишах, то, в целом, очень бурно развивается робототехника, автоматизация. Сейчас в робототехнику и близкую к этому индустрию серьезно вкладывается оборонка. Очень активно растет агросектор, традиционно уже растет IT, разработка мобильных приложений. Ну и госсектор.

— Группы шестилеток на робототехнике переполнены. А в группах для подростков занимаются 2–3 человека.

— Нужно вести образовательную работу с родителями. Говорить, что прямо сейчас вы вкладываетесь в будущее ребенка, в его образование, в его будущую хорошую работу. Фактически — в свою гарантированную пенсию. Эти дети поступят в лучшие вузы, потому что откроется много новых отделений и на робототехнику им будет поступить проще — конкурс меньше. Если это объяснять, родители сделают выводы.

Вообще, это тренд на много лет вперед. На самом деле сейчас робототехника только зарождается — как программирование 15–20 лет назад. А дальше будет развиваться.

— Подруга вернулась из Лондона. Говорит: в городе пусто, билеты продают автоматы, супермаркеты без продавцов. Нас это тоже ждет в ближайшем будущем?

— Мы развиваемся медленнее Запада примерно на 3–5 лет. Но будущее уже наступило. В некоторых сетевых магазинах в Москве нет продавцов. И люди довольны. Потому что стесняются разных вещей: кто-то покупает прокладки, кто-то презервативы, кто-то алкоголь. И когда тебя обслуживает робот, стесняться нечего. Есть и другие вещи, которые радуют благодаря технологиям.

— Я заказываю пиццу, а мне приходит смс-ка: «Ваш курьер глухонемой, приготовьте, пожалуйста, деньги без сдачи!».

— Да, человек, который раньше ощущал себя отбросом общества и в лучшем случае клеил конверты, сейчас получает возможность неунизительного заработка.

Воспитывайте, как еврейская мама

— Я прочла сейчас «Яндекс. Книгу» и думаю — как дать ребенку уверенность в себе? Все герои книги, кто рискнул, — стали миллиардерами и вошли в историю. А те, кто остался в теплых офисах, и сейчас там.

— Во-первых, нельзя ругать за ошибку, если ребенок пытался, пробовал, но у него не получилось. Во-вторых, дайте хорошее образование. В-третьих, ребенок должен ощущать безусловную поддержку семьи: «ты — молодец, мы стоим за тобой стеной» и «если что, мы поможем». И Илья Сегалович, и Аркадий Волож (основатели Яндекса — ред.) всегда понимали, что если на каком-то этапе у них не получится, они смогут вернуться в прежнюю реку и всегда прокормят семьи. Воспитывайте в ребенке «ты можешь», как в классическом еврейском воспитании. Почему среди евреев очень много предпринимателей? Потому что там есть безусловная вера мамы: «Ты лучший, ты сможешь». Но при этом тебя будут очень ругать, если ты для этого ничего не делаешь.

— Какие книги вы бы советовали читать детям?

— Вообще, я советую читать книжки! Что ребенку интересно, то пусть и читает. Подсовывайте много книжек! Не читает бумажные, читает электронные? Отлично, никакой разницы нет! Подсовывайте электронные! И идеально, конечно, книжки обсуждать. Вечером, в формате семейного разговора, чтобы это оставалось на подкорке, как что-то интересное — так ребенок развивается.

— Я зарабатываю в нескольких профессиях. Когда моя дочь видит, что я пишу, фотографирую, делаю массаж и веду экскурсии, это ее не демотивирует? Может, правильным примером было бы выбрать одну профессию и плыть в ней?

— Ребенок должен понимать — это его жизнь, ему решать. Но вы своим примером показываете, что вариант может быть не один, вариантов множество — и это очень круто. Если ты выбрал биологию — это не значит, что ты не можешь быть в литературе. А если тебе нравится петь, рисовать и вычислять квадратные корни, то все это можно совмещать. Однако придется с детства развивать навыки управления временем и определения приоритетов. Это сложно. Но зато так сильно уменьшаются риски остаться в будущем безработным. Если что-то не получится в одном из направлений, другое будет расти!

Самый важный навык — отсеивать ненужную информацию

— За что вы голосуете: школа или семейное образование?

— Есть дети, которым в силу разных причин семейное образование подходит идеально. Но я за школу, хотя она и должна меняться. Кроме того, семейное образование — это дорого.

— Есть же интернет-порталы с уроками.

— Есть, но с чего вы взяли, что ребенок понял тему? Он что-то посмотрел. И может, что-то понял. А может, и нет. Родителю придется контролировать этот процесс. Чем старше ребенок, тем больших средств потребуется на репетиторов по профильным предметам. Вторая, чрезвычайно важная вещь — адаптивность. Школа — это не только учеба, но и коммуникации с людьми. На домашнем обучении родитель должен будет обеспечивать кружки и секции, чтобы ребенок социализировался.

— Оценки в школе — это второстепенное?

— Не ключевое. Пока ребенок ходит в школу, научите его принципиально важному навыку — правильной работе с информацией. Мы живем в такое время, когда важно уметь отсеивать ненужную информацию и не доверять фейкам. Если школьник умеет выбрать качественную информацию — это уже много.

— Есть алгоритм, как идеально сдать ЕГЭ — чтобы набрать нужное количество баллов и поступить в университет?

— Во-первых, подростку надо уже после 10 класса определиться с ЕГЭ, который он будет сдавать. Выбирать предмет следует не по принципу: «Я его знаю лучше других», а с прицелом на будущее. Часто дети не видят этой связки: что я сдаю и куда буду поступать. Отсюда огромное количество трагедий, когда ребенок не может поступить, куда он хочет, потому что предметы ЕГЭ не совпали.

Во-вторых, нужно понять, что ЕГЭ — это некий ритуал, и ты должен его пройти. Можно сколько угодно говорить, что он построен по-дурацки (это правда!), но его надо пройти. Есть специальные «решебники», которые научат сдавать определенные предметы.

И в-третьих, не надо поддаваться истерии. Если ты сдал ЕГЭ хуже, чем хотел, — ничего страшного. Даже у чемпионов бывают ошибки. Это печально и досадно, и ты должен проанализировать, почему так случилось, чтобы на следующий год не повторить ошибку. За год ты все выучишь. Или найдешь другой вуз и поступишь туда.

3
1
500
КОММЕНТАРИИ0
ПОХОЖИЕ МАТЕРИАЛЫ