Жизнь не по плану: взрослые о том, кем хотели стать в детстве и что из этого получилось
Это сообщение автоматически закроется через сек.

Жизнь не по плану: взрослые о том, кем хотели стать в детстве и что из этого получилось

Путь в профессию — от детской мечты до сегодняшнего дня — какой он? Бывает ли, что все детство мечтал работать милиционером и сейчас действительно ловишь преступников? Или хотел стать космонавтом и даже выучился на него, пройдя все возможные испытания и экспертизы, но в итоге трудишься дворником и ни о чем не жалеешь? О том, как детские мечты становились (или нет) явью, читатели Littleone рассказали в новом выпуске «Родительского клуба».

«Буду лепить с детьми лисичек с крылышками, а не эти какашки с крышечками!»

Ира Форд, журналист, писатель, мама Ярославы (12 лет) и Георгия (8 лет):

«Помню детство. Лепим в детском саду за столиками какие-то какашки с крышечками на конкурс, в окна светит весеннее солнце, и я думаю: «Стану воспитателем! Такой же, как наша, но лучше! Я буду лепить с детьми лисичек с крылышками, а не эти какашки с крышечками! И книжки чаще читать, чем наша воспитательница. А с прогулки мы вообще не будем никогда возвращаться в группу, станем жить на улице круглыми сутками, строить шалаши прямо на площадке и там ложиться на тихий час». Потом я пошла в школу. Смотрела на нашу учительницу Галину Павловну и представляла, как стану педагогом. Буду рисовать две черные мушки на лице и ставить звездочки на тетради своим ученикам за каждую «пятерку».

С тем, как я взрослела, менялись мои представления о будущей профессии. Я смотрела на людей, которые меня окружали и применяла на себе то, что делают в жизни они. От «Я хочу так же» до «Только не так!».

А в 10 классе мы на осенних каникулах поехали в Петербург. Погода была ужасная: моросил снег с дождем, сдувал ветер. Автобус постоянно ломался. Экскурсовод в Петропавловской крепости не отвечала даже на простые вопросы, только говорила: «Мальчики, не перебивайте!» и повторяла заученный текст про декабристов.

Домой в поезде в свой маленький заполярный город с тремя улицами я возвращалась с убеждением: «Стану экскурсоводом в Петербурге!». Это тогда казалось фантастикой. Но мечта сбылась уже лет через пять: после четвертого курса института я стала работать экскурсоводом. И наступило счастье. Ровно до ближайшей осени, когда туристический сезон закончился, а желание рассказывать истории осталось. Так я стала журналистом. А потом писателем. И не было в этом надрыва, а лишь следование своему пути. Своих детей я воспитываю ровно в этой концепции: им можно пробовать все. Они побеждают в конкурсах по робототехнике, рисуют картины, играют в кино и театре, ведут передачи на радио, участвуют в цирковых постановках, собирают шишки в мае на соснах и потом продают варенье собственного производства, пишут книги, снимаются в рекламе, вяжут браслеты, подбирают для одноклассников защитные камни и вообще не лепят какашки с крышечками. Им не надо».

«Время все расставило по своим местам»

Юлия, психолог, мама Романа (25 лет), Марка (14 лет) и Ии (5 лет):

«Я в 6 лет посмотрела фильм Тарковского «Солярис», где главный герой — психолог, который должен был решать судьбу целой планеты. Я поняла — это подходящая задача для меня! Но уже в 1 классе я страстно захотела быть хирургом и уплыть на корабле с любимой командой изучать Бермудский треугольник.

Время все расставило по своим местам. Я окончила медицинский университет, стала клиническим психологом и улетела с любимой командой, то есть семьей, изучать новые страны. По первой профессии мой муж — летчик, и у нас есть план: хотим купить небольшой самолетик, чтоб изучать черных стрижей, которые по 4 года не спускаются на землю! Уверены — получится!».

Про связи энтомолога с продюсером

Нина, продюсер, мама Мирослава (9 лет), Добрыни (11 лет) и Ярослава (14 лет):

«Я хотела стать энтомологом. В каком-то смысле я им стала. Энтомолог изучает поведение насекомых, а я выучилась сначала на пиарщика, потом на продюсера. А пиарщик и продюсер тоже должны знать основы поведения — только не насекомых, а людей. Я шучу, конечно! Но связь и, правда, есть у энтомолога с продюсером. Правда, условная и шуточная!».

«Я не предала свою детскую мечту!»

Елена, врач общей практики, мама Насти (9 лет), Марии (8 лет), Ксении (4 года), Софии (7 месяцев):

«В детстве я все время играла в школу, хотела быть учителем. А стала врачом. В какой-то момент мне стала интереснее медицина, поэтому я пошла туда.

Но сейчас, когда провожу вебинары и обучающие курсы, когда обучаю пациентов, как им стать здоровыми — чувствую себя учителем. И понимаю, что я не предала свою детскую мечту!».

«Я написала, что точно буду мамой»

Лена, психолог, мама Владимира (15 лет), Кати (11 лет) и Риты (8 лет):

«Я помню, как мы в 11 классе на выпускном писали, кем хотим быть, чтобы сохранить эти письма, а потом открыть через 10 лет.

Не открыли, не сложилось встретиться. И я не знаю даже, хранит ли кто-то те письма. Но я там написала, что точно буду мамой, а все остальное — непредсказуемо. Сбылось!».

«Я стала всем!»

Зоя Арефьева, писатель, блогер, мама Федора (9 лет):

«Я хотела стать шофером, ветеринаром и Аллой Пугачевой. Образование у меня среднее, я фанат самообразования. И… Я стала всем!».

«Я занимаюсь тем, о чем мечтала в детстве»

Лана, бизнесвумен, тренер, мама Алексея (11 лет ) и Бориса (16 лет):

«Я всегда в детстве занималась спортом, была перспективной. Меня даже приглашали в Петербург из Самары, чтобы я поступила в институт имени Лесгафта, обещали взять в сборную России. Сама я лет с 12 мечтала стать тренером, а еще думала о специальности спортивного психолога. Но когда я окончила школу, мама уперлась и сказала: «Девочка с медалью не будет учиться в спортивном вузе». И я поступила на экономический факультет института в своем городе. Со второго курса поняла, что сделала ошибку. Но наступили 90-е, нужно было выкарабкиваться, и я выучилась, получила диплом, стала начальником департамента в крупной энергокомпании. А потом поняла, что мне 30 лет и перспектив у меня нет: или я погибну в этом кресле еще лет через 30, или меня сожрут мужики-начальники, которые вокруг меня. К этому моменту мама уже умерла, мне не нужно было доказывать, что я хорошая дочь и успешная девочка. Я вышла замуж, родила детей. И вместе с тем, как растила их, стала с мужем развиваться в спорте. В том, что мне больше всего интересно. Это стало бизнесом — у нас собственный зал, занятия айкидо. Я уже 15 лет в этом, и мне хорошо. Я занимаюсь тем, о чем мечтала в детстве. Я учу себя и детей ставить цели и добиваться их. Мои ученики вырастают. И я понимаю, что наступит момент, когда они оглянутся назад и поймут, как этот путь ценен для них — так же, как я однажды это поняла. Занятия спортом — это взросление, становление личности. Мои сыновья сами выбрали сейчас себе спорт, которым занимаются — один из айкидо ушел в карате, другой — в плавание. Я понимаю и уважаю их выбор. Сейчас старший оканчивает 9 класс, выбирает профессию и, не стесняясь, говорит мне: «Спасибо, мама, что не пытаешься делать за меня выбор и не настаиваешь, чтобы я стал инженером!». А я не настаиваю. Я по этому пути уже проходила. И есть в этом понимании большое счастье».

«Первые 10 лет я обожала свою профессию»

Гая, консультант по детско-родительским отношениям, коуч, мама троих детей (19, 15 и 7,5 лет):

«В начальной школе я хотела танцевать. Представляла, как я выступаю на сцене и как балет становится моей жизнью. Но не получилось, не позволило здоровье. Мне пришлось проститься с этой мечтой.

В 8 классе я пошла в физматшколу. Там я влюбилась в математику. Но было непонятно, что с этой любовью делать: ученым я себя не видела, а как зарабатывать математикой не понимала. Тогда я пошла в программирование. Это было максимально близкое и в перспективе денежное дело. Когда я переехала в Израиль, то желание «переварить эту новую жизнь» повлекло меня в психологию. Но меня не получилось поступить учиться на психолога, зато на программирование баллов хватило. Первые 10 лет я обожала свою профессию. Но дальше я стала все больше обращать внимание на то, о чем люди думают, куда хотят двигаться. Мне стало казаться, что отношения между людьми в разы важнее того, что мы делаем. Я стала этим интересоваться, ходить на разные курсы.

Потом я забеременела, стала готовиться к родам. Да так серьезно, что акушерка, с которой я рожала, попросила меня вместе с ней готовить девочек к родам. И я начала это делать: сначала в Израиле, потом в США, куда я переехала.

Затем случился развод. Я стала нервной психованной одинокой матерью, у которой нет денег, зато есть долги и бесконечный стресс. Обнаружилось, что я ору на своих детей . Я поняла это, когда увидела, как сын, на которого я кричу, закрывается от меня руками — так, будто я хочу его ударить. Осознав это, я сначала вылечила себя, а потом поняла, что хочу помогать в этом другим. Я окончательно вышла из программирования. И вслед за мной уволилась практически вся группа, которой я руководила — все стали заниматься чем-то другим, тем, что они по-настоящему любили и любят. А в мою жизнь пришел коучинг, психология и йога на уровне философии. И сложилось представление о том, как можно помогать людям находить качественные отношения, менять себя, быть в контакте с собой и через это — с детьми».

«Все сбылось»

Оля Пастухова, журналист, психолог, детей нет:

«В возрасте 9–10 лет я мечтала стать адвокатом и топ-моделью. Это был конец 90-х, когда эти профессии были в моде. По первому образованию я журналист, по второму — психолог. И уже во взрослой жизни я отследила — все сбылось. Я стала тем, кем мечтала — и адвокатом, и топ-моделью. Объясню: по своей природе я журналист-адвокат, пытаюсь показать людям возможности, говорю о личных интересах. А еще у меня есть подруга топ-модель, успешная и красивая. Однажды она разместила мое фото (а мой размер — плюс сайз) у себя на странице. Это был снимок с частной фотосессии. Я на нем выглядела очень эффектно. Владелица дома моды, увидев его, обратилась ко мне и позвала на фотосессию. Я должна была порекламировать свадебные фото плюс сайз. И я увидела, какой могу быть. Этот опыт помог мне расширить мои ощущения о себе, об одежде, о мире. Сейчас я понимаю, если бы стала адвокатом, я бы не выдержала: моя психика для этого не создана, а после опыта общения с моделями — что мне не подходит их образ жизни. Но я в своей жизни объединила и интегрировала обе эти профессии в то, чем занимаюсь».

«Если выстрелы раздаются, то только по моей команде»

Вера, продюсер, инструктор по стрельбе, судья международного класса, мама Андрея (19 лет) и Алисы (9 лет):

«У меня все сбылось, но затейливым образом. Мне было 9 лет, когда началась война в Приднестровье. И долгое время я хотела стать журналистом в горячих точках, чтобы рассказывать правду. В итоге я лет пять проработала корреспондентом. Но журналистом быть больше не хочу. А сейчас я международный инструктор по стрельбе и судья. Стрельба стала частью моей жизни. Если выстрелы раздаются, то только по моей команде и в безопасном направлении!».

«Как папа», но «ты же девочка»

Лена, инженер, студентка медицинского колледжа, мама Сони (8 лет) и Феди (5 лет):

«Сколько себя помню, мечтала стать «как папа». Он работал инженером-конструктором на заводе, строит подводные лодки и корабли. Было в этом для меня что-то магическое, притягивающее. Физика и математика нравились, и все сложилось. Я окончила ЛЭТИ. Стала инженером. Но потом моя реальность разбилась об «ты же девочка». Я хотела на заводы, в цеха, на подстанцию крутить схемы, собирать распределительные щиты, но... сидела в офисе, чертила бумагоделательные машины, которые я никогда не видела. Шла на повышение, опять хотела крутить и паять и, как мужики, в командировки. Не сложилось. Потом я забеременела, муж военный хирург ходил в моря на полгода-год. И он сказал: «Увольняйся!». 5 лет скитаний по портам за ним в том числе с младенцем-дочкой и беременная вторым. Потом нас закинуло в Самарскую область. А тут моря нет! Жизнь устаканилась, дети растут. Я стала думать, кем же я все-таки хочу быть... 11 лет жизни с мужем-хирургом, видимо, отпечатались в моей душе капитально. Сейчас я учусь на 2 курсе медицинского колледжа. И мой план — пойти работать на скорую помощь».

«Больничная атмосфера мне очень нравилась»

Катя, медсестра, мама Ярослава (11 лет):

«В школе во всех сочинениях на тему «Кем я хочу стать» я писала о своем желании работать воспитателем детского сада в ясельной группе. Во время летних каникул мы с подругой проводили много времени в поселковом садике, где ее мама была заведующей. Мы помогали воспитателям, играли с детьми, кормили и укладывали их спать, одевали, гуляли. Были малыши, к которым мы привязывались, тогда и в выходные забирали их у родителей на прогулку. В итоге выбрала я профессию, как мне кажется, близкую к той, о которой писала в сочинениях — детская медсестра. Моя мама работала в детской больнице. Но сама она не медик. Я регулярно бывала у нее на работе, часто приходила амбулаторно на процедуры, несколько раз лежала на лечении. Больничная атмосфера мне очень нравилась. В отличии от других детей быстро выписываться домой мне не хотелось. Отчим работал там же, поэтому дома я слышала много интересного. После 10 класса, вместо летней практики, где красили парты и убирали школьную территорию, мама пристроила меня на несколько дней в больницу на отделение, чтобы я смогла посмотреть на медицину изнутри и уже точно определиться с выбором. Впоследствии я проработала на этом отделении больше 16 лет, и в других профессиях себя не вижу».

«Сегодня я на своем месте»

Виола, редактор, копирайтер, мама Ангелины (15 лет):

«Я мечтала стать юристом — адвокатом, следователем. В детстве запоем читала детективы, где представляла себя главным героем: распутывала цепочки преступлений, и уже с середины книги понимала, кто злодей. К тому же это был конец 90-х годов — почти каждый хотел стать юристом. Но я вполне осознанно к 10 классу решила, что хочу после школы учиться на юридическом. С помощью репетиторов и поддержки всей семьи начала готовиться. Когда я поступала, конкурс был огромный! Не удалось пройти на специалиста и бакалавриат дневной (тогда еще было такое разделение) — не хватило баллов, зато на вечернее отделение поступила. Учиться нужно было 6 лет! На втором курсе мы дошли до «Уголовного права». У меня каждый раз на лекциях и семинарах горели глаза. Мы решали задачки, разбирали сложные случаи. Однажды на экзамене я, не зная правильного ответа, смогла логически его найти. Преподаватель, достаточно известный и уважаемый прокурор, был восхищен, он почувствовал во мне потенциал и пригласил на работу — «когда вырасту». Но примерно в это же время у меня состоялся разговор с дядей. Он был адвокатом, специализировавшем на уголовном праве. Когда я ему рассказала, что мне тоже нравится его специализация, он начал меня отговаривать. Рассказал, что придется поработать с людьми, которые мне неприятны, а защищать не только невиновных. Расписал в красках, как нужно выезжать на трупы, разговаривать с убийцами и насильниками детей, искать способы их оправдать. И я решила — да, это не мое. Я продолжила учебу на юрфаке. Училась хорошо, но ничто меня больше так не зажигало.

Окончив университет, стала искать работу — у меня это не очень получалось. По знакомству устроилась в одно издательство юристом. Первая задача — зарегистрировать СМИ и юридическое лицо. На этом все…Необходимость во мне как специалисте пропала. Но зато я почувствовала дух молодого коллектива, драйв работы в издательстве. Знакомый, будучи владельцем бизнеса, рассудил так — раз нет работы по специальности, то можно освоить новую профессию. И так я стала редактором, выпускающим информационно-рекламный журнал о работе и карьере. Затем я начала писать еще и тексты на заказ. Многому пришлось учиться на практике. Я не жалею, что столько лет училась и в итоге не работаю юристом: я получила много знаний, информации, навыков, а также друзей и уверенность в себе. И я не жалею, что не стала адвокатом или следователем по уголовным делам. Сейчас понимаю, как дядя был прав: я бы не смогла с точки зрения эмпатии и собственных эмоций работать. Сегодня я на своем месте. Мне нравится моя работа. И делаю ее я объективно хорошо — 15 летний опыт лучше любого образования!».

0
0
706
КОММЕНТАРИИ0
ПОХОЖИЕ МАТЕРИАЛЫ