Трудные подростки: откуда они берутся и что делать родителям
Это сообщение автоматически закроется через сек.

Трудные подростки: откуда они берутся и что делать родителям

Трудный подросток: для кого-то это слова из книжки, для кого-то — школьные воспоминания, а для кого-то — реальность, собственный ребенок. И нет силы, которая могла бы остановить это движение по наклонной. Или есть? Психолог Андрей Ипатов, специалист по девиантному поведению подростков, говорит, что выход есть, но легких путей не обещает.


Андрей Ипатов, психолог высшей квалификации, кандидат психологических наук, доцент кафедры социально-гуманитарных наук РГГМУ, автор более 90 научных публикаций, среди которых монографии: «Личность аутодеструктивного подростка. Исследование и коррекция»; «Психология аутодеструктивного поведения подростков» и др. Тема научных интересов — развитие подростков, профилактика и коррекция девиантного поведения подростков.


— Андрей Владимирович, кого можно считать трудным подростком? Применимо ли к подростковому возрасту понятие «норма»?

— Подростковый возраст очень непростой. В науке есть понятие «норма» — это некий ориентир, которому должен человек соответствовать. А за соответствие отвечает процесс социализации — усвоение ребенком норм и правил поведения в обществе. Освоенные нормы поведения позволяют нам прогнозировать отношения людей в обществе, оптимизируют процесс взаимодействия: мы знаем, что нам ожидать от человека в той или иной ситуации; социализация делает жизнь людей более спокойной и уверенной, снимая тревожность и невротическо-фобические расстройства. Но в реальной жизни это соответствие не всегда наблюдается — возрастные особенности предполагают некоторые девиации. Тем не менее относительно подростка можно рассматривать такой спектр норм: «социальную норму», «групповую норму», «индивидуальную норму».

— Давайте по несколько слов о каждой из норм!

— «Индивидуальная норма» формируется из позиции самого подростка. Подросток чувствует, что он личность. С одной стороны, он хочет доказать это миру, а с другой требует к себе уважительного отношения, чтобы с ним считались.

«Социальные нормы» — это правила поведения, которые диктует человеку социум, общество. Но подросток так устроен, что социальные нормы для него значат не очень много. Он еще личностно не зрел, самосознание до конца не сформировано, самооценка неустойчива, последствия своих поступков просчитать сложно, зато есть склонность к экспериментам, рискам и вызовам.

«Групповая норма» — главное мерило поведения подростка — это не социальные нормы, а групповые — те, что диктует подростку его ближайшее окружение.

Конечно, однажды подросток повзрослеет, и социальная норма станет для него более ценной. Но если подросток уже сегодня взрослеет с некоторой оглядкой на взрослых (даже в тот момент, когда ведет себя провокационно, он может остановиться, если значимый взрослый скажет: «За эту грань заходить нельзя»), значит, его социальная норма в порядке.

— И здесь очень важно, что за люди находятся рядом с подростком, так?

— Да. Развитие подростка осуществляется в трех сферах: когнитивной (эта сфера отвечает за понятийное мышление и способность рассуждать отвлеченно); в сфере самопознания (здесь подросток занимается открытием своего «Я») и сфере взаимоотношения с окружающими. В то время как формируется личность подростка, формируются смыслы и значения в его жизни, развитие идет через разрешение внутренних противоречий. И от того, как разрешатся эти внутренние и внешние противоречия, зависит дальнейшая судьба ребенка.

Если у подростка есть значимый взрослый с четкой позицией — все будет хорошо. Если нет, то подросток, испытывая мир и себя на прочность, может зайти далеко и наделать ошибок (станет потребителем табака, алкоголя, будет вовлечен в деструктивные молодежные группы и т. п.).

Конечно, если у подростка не будет каких-то особенно значимых взрослых, но рядом будут порядочные люди, есть шанс, что все будет хорошо. Но если рядом будут люди непорядочные — недалеко до беды: они могут воспользоваться возрастом подростка (личностной незрелостью), приобщить к пагубным привычкам, взять на слабо, заставить пойти воровать, предложат попробовать наркотики…

— Когда вы говорите про групповую норму и ближайшее окружение подростка, то я сразу думаю — как я могу повлиять на группу этих детей, которые будут формировать ценности моего ребенка в ближайшие годы?

— Можете! Конечно, кому-то повезет и просто так: окажется прекрасный класс или прекрасный педагог в коллективе, где занимается подросток. Но в большинстве случаев «плыть по течению» — плохой рецепт. Важно, чтобы родители помогли своему ребенку найти ту группу, где ценности совпадают с их ценностями, а дальше помочь адаптироваться в этой группе. Вспоминаю свой подростковый возраст: мы с друзьями родителей выезжали за город, ходили в походы, плавали на байдарках, играли в футбол, палили костры, читали стихи, обсуждали все, что нам интересно… и в этой атмосфере формировались, как личности. У нас была своя подростковая компания, параллельная взрослым. Нынешним родителям важно найти такую группу, где ребенок мог бы социализироваться в нужном ему направлении. Кто-то выберет для этого ребенку престижную школу, кто-то отдаст на спорт, где не модно курить и пить, а кто-то с детства привьет тягу к бизнесу, отдав ребенка на кружок для юных бизнесменов, где групповая норма будет «удачно инвестировать», а не «тратить родительские деньги на покупку персонажей в онлайн-игре».

— А что делать, если подросток не желает социализироваться? Если ему хорошо живется в соцсетях или вообще одному?

— Значит, где-то что-то было упущено. Человеком движут потребности, подросток не просто так уходит в виртуальную реальность. В этой ситуации важно понять ребенка (обратиться к психологу) и предложить подростку реальные (а не виртуальные) возможности удовлетворения своих потребностей. Развить у него вкус к реальной жизни. Это потребует усилий со стороны родителей, но здесь важно не упустить время. Сложность в том, что родители для подростка зачастую менее значимы, чем друзья и группа. Но направлять развитие детей необходимо, но, увы, директивные методы не пройдут, необходим диалог и уважение к личности подростка.

— То есть ребенок входит в подростковый возраст, и задача родителей к этому моменту состоит в том, чтобы, с одной стороны, социализировать его грамотно и конструктивно…

— …А с другой — раскрыть его таланты! Для подростка — как ни для кого другого — важно проявление себя через какие-то свои навыки, таланты — причем в компании. Подросток плохо учится? Нужно срочно реализоваться там, где он будет лучше всех. Важно, чтобы к подростковому возрасту ребенок уже знал свои сильные стороны и чтобы его самооценка, в связи с этим, была в порядке. И неважно, чем именно подросток будет заниматься: петь, танцевать, монтировать видео, играть на гитаре, кататься на скейте или сплавляться на байдарке — главное, преуспевать. И важно, чтобы родители осознавали ценность реализации талантов подростка и могли организовать ему эту реализацию — помочь найти подростковый центр, кружок, клуб, подобрать педагога.

— Часто можно услышать от родителей подростков: «Ох, это в нашем детстве кружки были в каждом Доме пионеров, занимайся — не хочу. А сейчас все дорого, а мой оболтус позанимается пару месяцев и снова бросит, не стоит и начинать!».

— Это скорее отговорка родителей и нежелание начинать раскрывать таланты своего ребенка. Да, родители зачастую работают на трех работах, очень устают и воспитание пускают на самотек, считая, что материальный достаток — это самое главное. И тут я могу их понять — да, без прочного экономического фундамента трудно, но человек — это, прежде всего, Личность. А качества Личности формируются в доверительном общении, в диалоге — и если таково общения у ребенка не было в период его взросления, то в подростковом возрасте мы столкнемся с трудностями. Я точно знаю, что в Петербурге в каждом районе есть целая сеть подростковых клубов, есть молодежно-подростковые центры, где занятия бесплатны по многим направлениям — только приходи и занимайся!

Конечно, если ребенок серьезно чем-то занимается с раннего детства, то в какой-то момент он вырастает из уровня клуба, и ему могут потребоваться платные занятия, чтобы подготовиться к поступлению в консерваторию, к примеру, или в художественную академию. Но в этом случае — и родители обычно это осознают — это не та строка семейного бюджета, на которой стоит экономить. А в моменте, где ребенок пробует себя, пробует на вкус новый коллектив — у него множество возможностей делать это в атмосфере бюджетных кружков.

— Допустим, родители выполнили свою задачу, ребенок увлечен чем-то важным для него, у него есть цель. В этом случае родители могут выдохнуть? Ничего плохого не случится?

— По крайней мере, риски этого «плохого» снизились: когда подросток загружен делами и разрывается от драйва, который ему дают его интересы, он может попробовать пиво или сигарету, которую ему протянет кто-то в компании (но, кстати, может отмахнуться и не попробовать). А дальше он анализирует свое состояние и говорит: «Мне плохо, у меня голова заболела, тошнит. Это мне не надо», — и все, от него отстанут. Ребенок, у которого низкая самооценка, нет интересов и зажигающего его хобби, не остановится так просто. Он продолжит пить и курить, утверждаясь в позиции «Я уже взрослый». И к сожалению, есть шанс, что это станет привычным для него способом самоутверждения и самореализации.

— А дальше что? Дальше, после «пить и курить» такой ребенок идет воровать?

— Да, дальше подросток может начать воровать. Особенно если его родители «пропустили» в воспитании ребенка трехлетний возраст, когда ребенок начинает говорить: «Я сам, мое, хочу, беру».

Именно в это время ребенок начинает осознавать себя единицей в семье, и родителям нужно четко и категорично объяснить, что есть его вещи, а есть вещи мамы, папы, дедушки, бабушки, брата, и чтобы взять чужие вещи, нужно попросить разрешения. Это правило нужно объяснить не один раз, сказать: «Только так нужно себя вести». Это первичная социализация.

Если родители все сделали вовремя, то в «прошивках» ребенка будет знание, что нельзя чужое брать без разрешения, и соблазнов пойти воровать за компанию в подростковом возрасте будет меньше. Когда я иду выступать перед детьми в детский дом на тему, что воровать нельзя, а воспитатели говорят: «Да у нас все равно все воруют! И в детском доме, и в стране, и люди, и власть», то я понимаю, что правильных прошивок у этих детей не случилось в три года, и в десять я не смогу их убедить в том, что воровать не круто, и за воровством следует наказание.

— Вот конкретная ситуация: мальчику 12 лет, он попал в компанию, где старшие ребята провоцируют младших на воровство. Он ворует чипсы и говорит отцу, будучи задержанным полицией: «Я ворую, потому что это круто, я таким себя ощущаю крутым». Что в этой ситуации делать родителям подростка?

— Понимать, что это такое дешевое самоутверждение, самореализация их сына. Это очень горькая ситуация, иллюстрирующая, что родители явно не являются авторитетом для сына. И тут нет какой-то идеальной таблетки — раз, и все прошло. Нужно действовать по нескольким направлениям: нужен авторитет, который покажет ребенку истинные ценности, значимый человек, к которому у ребенка не будет противостояния «да ну, эти родоки не понимают ничего». С этим подростком нужно разговаривать, загружать его делами, активностью, спортом. Чтобы, с одной стороны, у него не было шансов на подобные маневры, а с другой, чтобы он сознавал свою значимость.

— А значимость рождается, когда есть результат, да?

— Да. Человек занимается футболом? Выиграла команда матч, заняла первое место — это результат! Подросток победил в конкурсе? Это результат! Здесь есть что предъявить и чем похвастаться перед социумом: «Смотрите, как я это делаю, что я умею». И это «лучше» должно быть социально-конструктивное, полезное. Думающие родители создают ребенку возможность для реализации его талантов с первого класса или чуть раньше и отслеживают актуальность интересов ребенка в том, чем он занят. «Музыкальная школа надоела, а слух есть? ОК, можешь идти бить в барабаны!», «Стихи читать на конкурсах надоело, не мужское дело? Отлично! Идем в крутую актерскую студию!» — рано или поздно ребенок достигнет возраста, когда учеба уйдет на второй план, а на первый выйдут интересы подростка, где он почувствует себя крутым, важным, лучшим. Так вот — то, что сейчас делает этот подросток, воруя чипсы, — доказывает группе подростков, где он состоит: «Смотрите, как я ворую, я это делаю лучше, чем все остальные». И это история про групповую норму: да, парень в курсе, что мама с папой этот поступок не только не оценят, но и осудят, он не входит в их программу приемлемых для них вариантов развития ребенка. Но подростку важней, как его оценит его группа. И кроме данной группы у него нет окружения, где он был бы ценным: он ни в чем другом не преуспел, увы.

От осинки не родятся апельсинки

— Как появляется трудный подросток? Родители подростков часто сетуют: «Все так хорошо начиналось!» и с неверием и ностальгией смотрят на сладкие детские фото своих непростых детей. Что пошло не так?

— Трудный подросток не случается на ровном месте. У меня есть знакомая семья, где мама — профессор, папа — академик, а ребенок — вчерашний подросток — наркоман. Казалось бы, откуда? Такие интеллигентные люди, уважение, наука. Все так. Но достаточно погрузиться в контекст семьи, как становится понятно — родители всю дорогу занимались наукой, реализовывались в ней, а ресурса на ребенка у них не было. Он рос в семье хороших людей, но совершенно сам по себе. Ребенку важно чувствовать позитивную атмосферу в семье, понимать единство и уважение членов семьи друг к другу. Поэтому, чтобы «что-то не пошло не так», важно осознать, что такое «хорошая семья» и стараться строить эту семью — не ради ребенка и не ради себя, а ради всех ее членов. И тогда и с ребенком по мере его взросления все будет ОК!

— А что такое хорошая семья, кстати?

— Хорошая семья — это где люди любят друг друга, уважают и занимаются своими детьми. При этом они не потакают детям, не попустительствуют, не балуют их, но воспитывают, взращивают их осознанно и осмысленно. Это место, где ребенок чувствует себя членом коллектива, он знает, что он небезразличен родителям, братьям и сестрам. Место, где ребенка принимают, с ним считаются, ему, если есть запрос и потребность, помогают. Это место, где люди вместе завтракают и ужинают, где проводят вместе выходные, куда-то выезжают вместе с детьми. Ребенок чувствует и знает, что он не один в мире.

— А что делать, если родители давным-давно развелись? Или кого-то из родителей не стало? Или отец работает вахтами и ребенок не видит его месяцами? Что делать, чтоб подросток из этой семьи не вошел в группу риска?

— Создавать ребенку значимого взрослого. Нет папы, но есть дедушка? Отлично. Нет дедушки? Найдите ребенку тренера по самбо или по шахматам, учителя игры на гитаре или преподавателя робототехники. Включите фантазию и сделайте так, чтобы у подростка перед глазами была модель мужского поведения и осознания, что он нужен. Но этот значимый взрослый должен быть не случайным человеком, а именно тем, который совпадает с родителем по жизненным ценностям и ориентирам.

— Что делать с трудным подростком? Что-то подправить в прошлом невозможно, оно уже случилось. И вот подросток сбегает из дома, не учится, не ходит в школу. Делает что-то асоциальное, что не стыкуется с ним прежним и с моралью семьи.

— Воспитывать детей тяжело, перевоспитывать еще трудней, но это надо делать. Худшее, что может случиться в данной ситуации, — это если родители опустят руки и решат: «Будь как будет, мы больше не можем с этим бороться». Подросток понимает, что до 18 лет за него отвечают родители, и они имеют полное право сказать: «Где ты, что ты и как? Давай-ка, друг, будем браться за голову, нормальную жизнь устраивать. Надо учиться, получать профессию, становиться взрослым человеком. Я готов тебе в этом помочь».

Но для того чтобы трудный подросток перерос свой сложный возраст и вышел из него во взрослую жизнь по возможности без потерь, родителями должен быть проведен комплекс мероприятий. Важно, чтобы в семье не было безразличия, чтобы подросток чувствовал, что он нужен, важен, его всегда примут, любят. Это не значит, что не будет конфликтов и каких-то требований, но если в семье есть доверительные отношения, то многое разрешится благодаря разговорам и советам.

— Это понятная мораль: ребенок, выращенный в атмосфере доверия, пройдет переходный возраст легче. А родителям детей, которым до подросткового возраста еще далеко, стоит выстраивать доверие еще более старательно.

— Да, это так. Доверие — это отличная инвестиция в будущее ребенка. Если что-то пойдет не так, то подросток придет к родителям и, зная, что его не будут ругать и гнобить, обсудит с ними ситуацию. И они спокойно выслушают его, не нарушая самоуважения подростка.

— А что делать в ситуации, если с доверием швах, и у родителей не получается наладить контакт с подростком?

— Стучите в эту дверь, даже если сегодня с вашим подростком нет связи, и контакт не устанавливается. Вы родители. Иногда для первого шага достаточно фразы: «Давай попробуем вместе решить эту ситуацию». А еще можно подумать о том, какие ценности вашего ребенка вы можете и готовы разделить. Где подростку не хватает внимания или вашего понимания. Лучшее, что вы можете сделать сегодня: разделить с подростком его субкультуру. Начните слушать его музыку. Играть в его компьютерные игры. Обсуждать с ним аниме.

— А если и это не сработает? Или сработает, но не в полную меру. Подросток оценит, что папа крут и слушает рэп, но воровство не бросит?

— Идите к специалисту, к подростковому психологу — скорее всего, потребуется работа не только с ребенком, но и с родителями. Но это путь, который нужно пройти, чтобы преодолеть все сложности. Родителям важно понимать: они не одни, кто столкнулся с подобной проблемой: есть центры, которые занимаются реабилитацией трудных подростков, например, Центр Василия Великого, где подростками работают социальные работники, проводят занятия, организуют экскурсии, психологические тренинги.

— А еще в Петербурге есть «Упсала-Цирк» — социальный проект, который родился для того, чтобы создать сложным подросткам другую реальность и показать, что они могут выступать вместо того, чтобы воровать и употреблять наркотики.

— Прекрасный проект, организаторы которого знают главное: нельзя унижать подростка, рушить его самооценку и самоуважение, он очень ранимый, чувствительный. То есть во взаимодействии с ребенком не надо переходить на личности, оскорблять и унижать. Если вы сделаете шаг не в ту сторону, подросток замкнется и пойдет туда, где неважно, как он учится, главное, чтобы он разделял групповые ценности. И одно дело, если в ценностях будет «болеть за «Зенит», например, или «слушать Басту, а не Тимати». И другое — если ценности будут более опасные. А подросток, разочарованный в родителях, не только придет в эту группу, но и останется там — ради того, чтобы его там уважали и говорили: «Ты наш!».

0
0
6898
КОММЕНТАРИИ0
ПОХОЖИЕ МАТЕРИАЛЫ