«Это очень странная идея — запретить то, что мы не понимаем». Педагог Дима Зицер — о гаджетах в школе.
Это сообщение автоматически закроется через сек.

«Это очень странная идея — запретить то, что мы не понимаем». Педагог Дима Зицер — о гаджетах в школе.

Ребенок играет на смартфоне, на планшете, на компьютере. Играет в школе и дома. Родители бьют тревогу. Учителя требуют принять меры. А ребенок закрывается в детской и продолжает играть. Уроки не выучены. Что делать? Журналист «Литтлвана» Ира Форд поговорила обо всем этом с педагогом Димой Зицером.


Дима Зицер — педагог, публицист, организатор школы неформального образования «Апельсин».


Запретить — это полная ерунда!

— Ребенок идет со смартфоном в школу, играет на уроке и в какой-то момент становится ясно: гаджет вытесняет учебный процесс… Как быть? Запретить? Отобрать?

— Запретить — это полная ерунда, бессмыслица. Это очень странная идея — запретить то, что мы не понимаем. Не человечная, не гуманная, не профессиональная.

Если человек играет в гаджет во время урока, то это вопрос не к нему, а к уроку. Это признание учителя в том, что смартфон может предложить ребенку что-то более увлекательное, интересное, важное, актуальное, насущное, чем то, что предлагает педагог.

— А что тогда делать? Научить ребенка самоконтролю?

— Как можно научить ребенка самоконтролю? Как может научить самоконтролю человек, который сам этим не владеет? Где эти люди, которые умеют себя контролировать? Нужно сделать так, чтобы человек понимал, зачем он находится на уроке! И это вообще не имеет отношения к гаджетам, совсем-совсем. Если учитель понимает, зачем ребенок идет в школу, и ребенок тоже понимает это, то все в порядке. Причем неважно, ребенок или взрослый — когда мы находимся в той среде, которая для нас значима, ваш вопрос просто не возникнет.

— Но ведь огромное количество учителей не понимает…

— Если ответа на этот вопрос нет, включается ситуация формальной реальности. И тогда можно забрать телефоны у всего класса, детей проволокой к партам прикрутить, рты им пластырем заклеить... И если идти по этому пути, можно еще очень много чего.

— Грустный путь.

— Ну, вы же меня про это спрашиваете.

— Нет, я спрашиваю про путь, в котором будет наибольшая гармония…

— Гармония не случится, если человек, который пригласил ребенка в школу, не понимает, что с ним ему следует делать. Не бывает гармонии, выросшей из насилия. Это невозможный проект. Если я провожу 8 или 5 часов в каком-то пространстве, то мне хотелось бы влиять на то, что в этом пространстве происходит. Как минимум я хочу, чтобы там, куда меня загнали, меня окружали люди, которые понимают, зачем я туда хожу. Ответ, который звучит в этом вопросе: я хожу туда, чтобы не пользоваться смартфоном.

— То есть, первый пункт плана это…

— Необходимость осознания педагога, зачем ребенок ходит в школу. Это не то же самое, как приходят (или должны приходить) люди в университет: «У меня к вам заказ. Хочу быть доктором, поваром, летчиком, инженером». У ребенка нет заказа до поры до времени. Он не сам пришел в школу, его туда завлекли — иногда силой, иногда обманом. Кто-то, может быть, и сам хотел, но довольно быстро выяснил, что это фейк. И если ребенок приходит в среду, в которой ему говорят: «Мы не знаем, зачем ты сюда пришел, зато расскажем, как жить не надо, убери смартфон», мне уже совсем не хочется иронизировать. Я даже, как директор школы, не знаю, как на это отреагировать.

— И все-таки. Допустим, это случилось. Педагог не осознает, зачем он находится в школе, ребенок не учится и играет, а родитель переживает и не знает, что ему делать в данной ситуации! Может ли родитель может повлиять на учителя?

— Задайте себе вопрос, зачем ваш ребенок учится у педагога, который не осознает, зачем он находится в этой школе. Если вы живете с мужчиной, который не осознает, зачем он с вами живет, какой вопрос следует себе задать?

— Зачем я это делаю?

— Браво! Я не буду учить родителей, как им поступать в этой ситуации. Родители люди интеллигентные, я надеюсь, и они могут сделать свои выводы.

Искушение интернетом

— Ребенок смог договориться с собой, с учителем, ему интересно на уроке. А дальше он приходит домой и не может справиться с искушением интернета…

— А почему вы говорите про интернет или гаджеты как будто это наркотики? Как будто это огромный мир греха? Какой грех-то в интернете, я не понимаю?

— Может быть, и не грех, но если ребенок, у которого не развита волевая сфера, погружается туда глубже и глубже, то это вытесняет все остальное: конструктор, который он хотел собрать вечером, уроки, книжки…

— У меня есть для вас новость: интернет намного интересней, чем конструктор. И может, не надо играть в него, а лучше стоит прочесть пару статей в «Википедии», послушать пару лекций на «Арзамасе», посмотреть пару спектаклей Питера Брука, выучить пару языков, посмотреть мультфильм Миядзаки, а после этого написать на него рецензию?..

— Но как научить ребенка пользоваться интернетом так, чтобы он заинтересовался тем, что вы перечислили, а не смотрел часами видео, где блогеры проходят уровень за уровнем какой-то глупой стрелялки?

— Но мы не можем научить ребенка чему-то, что не умеем сами! Мы сами не умеем пользоваться интернетом. Вас кто-то учил пользоваться им? Нет. А значит, «я научу тебя, детка, тому, что я сам не умею делать» — это обычное взрослое задирание носа. Причем очень частое. Раньше говорили: «Школа должна учить учиться». И каждый раз, когда задаешь учителю вопрос: «А вы умеете учиться?» — тот глубоко задумывается.

— Значит, нужно учиться этому вместе?

— Это отличный вариант. Если ни учитель, ни школа не понимает, как взаимодействовать с гаджетами, нужно задать вопрос себе: «Как это сделать?». И найти ответ. А дальше учиться вместе. Потому что иначе мы, взрослые, снова переставим все с ног на голову: у нас в детстве гаджетов не было, у наших детей есть, но мы объявим себя экспертами по ним и скажем: «Сейчас я тебя научу!».

Дети играют в гаджеты на уроках? Это вопиющая история. И виноваты здесь родители. Это они не остановили учителей, не написали в Комитет по образованию: «С нашими детьми работает какой-то бездарь», а дожили так до 4–6–8 класса. Дети тут при чем? Эта история к ним вообще не имеет никакого отношения. Вот что я думаю про то, что дети играют в гаджеты на уроках.

— Если бы на вопрос «Как это сделать?» отвечали вы как отец, что бы вы предприняли? Как бы начали совместное обучение использования гаджета и интернета с ребенком?

— Обучение — это очень сильное слово. Общайтесь, ищите в интернете то, что вас интересует, играйте! Все довольно просто. Это не учебный курс владения компьютером. Это не «учебка», как в армии. Это обычная часть вашего взаимодействия с ребенком, где гаджет с интернетом — лишь инструмент.

— Вы создали школу «Апельсин», чтобы играть по своим правилам?

— Я создал «Апельсин» не поэтому. А потому что мне хотелось создать «Апельсин». И это не единственная школа в стране, в которой работают профессионалы. К счастью, я говорю это искренне: в России, а тем более в мире, очень большое количество профессиональных учителей. И педагог, который понимает, для чего он пришел в школу, и который хотя бы предполагает, для чего ребенок ходит в нее же, сможет договориться с учеником.

— Исходя из общих интересов?

— Да. Если мы с вами окажемся вместе, например, в театре, мы сможем договориться о том, как нам взаимодействовать во время спектакля. Так и в этом случае. У учителя не будет фантазии о том, что надо запрещать то, что значимо и важно для другого человека и что является одним из факторов современности. Это все равно, как запрещали шариковые ручки, когда они появились. Помните период в советской школе, когда были запрещены шариковые ручки?

— Да! Потому что ходила легенда, что от шариковой ручки портится почерк…

— Шариковые ручки появились в массовом производстве приблизительно в 70-е годы. Я пошел в школу в 1972 году. И я помню очень хорошо всю эту историю про то, что шариковые ручки портят почерк, и надо вернуться к перьевым. Но дело в том, что пока не было перьевых ручек, писали просто перьями. И точно так же ругали перьевые ручки, что они портят почерк. А правда была совсем другая! Шариковая ручка для моих учителей была новым предметом, новым фактором, новым прибором, про который еще ничего не понимали, и потому считали, что и не надо ничего про него понимать, а надо запретить. И это абсолютно то же самое, что сегодняшний смартфон.

Есть отличные школы!

— Как процесс «учитель учится вместе с ребенком» выстроен в «Апельсине»?

— На разных уроках по-разному. Гаджеты есть. Довольно много есть уроков, где они используются. А что бы их не использовать? Я, например, учитель литературы. И если мы с вами сейчас подумаем 2 минуты, как можно использовать гаджеты на уроках литературы, то вам придет в голову 20 идей, как это сделать. И это правильно!

— Но я думаю, что около 90% российских детей ходят в самые обычные школы «во дворе», где все это очень сложно организовать...

— Вы сильно хватили, сказав про 90%. Это не совсем так. Я очень много езжу и встречаюсь с учителями. Есть отличные школы и чудесные, думающие, ищущие педагоги, и их много. И когда мы всех гребем под одну гребенку, то, мне кажется, что сами грешим немножко. Огромное количество моих коллег по городам России прямо сейчас делают то, о чем мы с вами говорим. Кто-то делает тихонечко, мы об этом даже не знаем. Система образования не меняется (мне, конечно, хотелось бы, чтоб она поменялась), но меняется система координат.

— Хорошо. Пусть не 90% школьников, а меньше, но их все же будет большинство сегодня. Где-то сетка расписания не даст возможности состояться такому разговору, где-то к этому будет не готов учитель…

— Учитель не готов? Пусть подготовится! Он же получает зарплату за это! Допустим, вы вызываете домой сантехника, чтобы поставить унитаз. И та-дам! — унитаз стоит посреди спальни, из него течет вода. Что вы сделаете в этот момент?

— Пожалуюсь в организацию, где он работает, вызову другого сантехника, а этого не буду приглашать.

— А учитель-то чем отличается от сантехника? Спрос рождает предложение. Меняйте действительность!

Интернет — это огромный мир!

— Как вы думаете, с какого класса ребенок может взаимодействовать интернетом безопасно, получая от этого только бонусы?

— Мне трудно приводить пример совсем безотносительно, но абсолютно точно в интернете можно нарыть кучу материала уже в первом классе. И очевидно, что умение первоклассника сформулировать запрос и знать, как с этим работать, — очень важно сегодня. Я могу получить любую информацию, это правда. Но как я из этих миллионов страниц, которые мне приходят по запросу, выберу то, что мне нужно? Это очень интересно: можно взаимодействовать с картинками, можно с текстами, можно проверять себя в чем-то, можно находить какой-то плохой материал и ставить под сомнение. Интернет — это огромный мир!

— То есть ограничения по возрасту нет?

— Ну, какое ограничение может быть по возрасту? Основная взрослая проблема заключается в том, что власть кончается там, где начинается интернет. Я скажу: «Есть ограничения по возрасту», а ваш сын пойдет к подружке или другу, и там узнает то, что для него важно.

Ощущение взрослой безопасности рождается не там, где мы что-то запрещаем, а там, где мы вместе учимся. Когда мы запрещаем, это, естественно, вызывает дополнительный ажиотаж, интерес. Заканчивается урок, и ребенок пошел порнушку смотреть — вот и вся история.

— А если мы не запрещаем и используем гаджеты и интернет как необходимый и интересный инструмент совместного обучения, то нам уже не потребуются дополнительные инструменты контроля? Например, ограничение времени пользования в день?

— А зачем?

— Чтобы ограничить ребенка, например, от того, что ему пока не стоит смотреть в интернете.

— Хорошо. Но тогда сформулируйте, на что вы поставите программу «родительский контроль»?

— Секс, эротика и порно...

— А как убивают негров, евреев, женщин — пусть смотрят?

— Не хотелось бы.

— Сформулируйте. Это важный момент.

— …Сдаюсь.

— Вы не первый человек, поверьте мне, который это не сформулировал. И не последний. Потому что сформулировать это невозможно. Все сразу думают: «Ах, он увидит порно!». А там как раз очень все просто, а со всем остальным намного сложней. И мир интернета безграничен, поэтому единственный механизм, который может защитить человека любого возраста, — понимание этого и умение с этим «безграничием» взаимодействовать.

Вы спрашиваете меня: «Пойдет он смотреть порно после этого прекрасного урока?». Нет, не пойдет, вероятней всего. Потому что в этот момент он вам верит. И если он перейдет по какой-то «не такой» ссылке, то придет и скажет вам: «Я такое увидел!». А вы скажете: «Я тебе не советую такое смотреть». И ребенок вам поверит — если у вас отношения, в которых он верит. А если у вас отношения, в которых вы, и все остальные взрослые во главе с учительницей говорят: «Это под запретом», — ребенок тут же подозревает (и справедливо подозревает!), что от него что-то скрывают. Сколько времени нужно этому человеку для того, что понять, что от него скрывают? Несколько секунд. А дальше мы будем рассказывать, что дети развратные и распущенные. Нет! Это взрослые, которые спровоцировали подобную ситуацию, развратные и распущенные.

3
0
34734
КОММЕНТАРИИ12
0
Спасибо! Впервые прочитал "мои" мысли об учителе, учениках и их умении пользоваться современнными гаджетами и интернетом. Учился вместе с детьми пользоваться интернетом на уроках с середины 90-х. Последние лет 10 - 15 использовали интернет как учебник, тетрадку(Google Docs), инструмент для осуществления своих замыслов(Web -программирование).
1
Сколько же бредовых мыслей у героя этого интервью!.. "Интернет и смартфон - не наркотик!" - а вот и неправда: зависимость от игр в телефоне и от виртуального "общения" вполне сродни наркотической!.. "Шариковые ручки не испортили почерк" - неверно! Очень даже испортили в массовом порядке, и для доказательства даже не требуются специальные исследования (хотя и такие проводились)! Словом, что ни абзац, то весьма спорный (и часто неверный) тезис, увы!..
0
наркотик-это то, в чем хочется растворить свою усталость, сбросить с его помощью непосильное бремя постоянной и бессмысленной обязаловки, найти хоть какое то увлечение. а если у ребенка все так плохо в жизни, может стоит не смартфон отбирать, а создать комфортные условия. И что стало после того как "испортился подчерк"? стало комфортнее жить
0
Да, изучать мир вместе с ребенком-идеальная тактика. и тогда любые мультфильмы, игрушки и порно сайты не страшны. Когда родителям можно доверять, когда родители знают ответы и имеют уважение к ребенку. Когда, ребенок видит увлеченность родителей, а значит и сам увлечен, а не пытается забыться в очередной "бродилке".
0
Сохраняю себе и распространяю статью где могу! Почему-то не ожидаешь прочитать мысли нормального адекватного человека в интервью о педагогике. ☺
0
"А учитель-то чем отличается от сантехника? Спрос рождает предложение. Меняйте действительность!" - нет вопросов, грустно...
0
"Среда формирует личность." Это не я сказал. А жизнь это докаала. Мне показалось или автор утверждает, что формирование личности происходит влиянием только родителей и учителей? А куда деть остальные составляющие среды? Или формирование это независимый процесс от всего окружающего? ФГОС так и требует: что ученик хочет, то ему и давайте. Роль учителя в чем?
0
Итак, дети, зайдите на сайт и скачайте решение этого уравнения. Но помните, на экзамене гаджетов не будет.
0
БОльшего бреда на темы образования и воспитания еще не читал. особенно впечатляет ссравнение учителя с сантехником. Про использование гаджетов на уроках литературы интересно. Можно, конечно, и используют многие. Только проблема -то в другом - не читают или мало читают дети. Интервьюируемый рисует совсем идиллическую картину взаимоотношений ученика и учителя. На самом же деле в учебном процессе всегда есть элементы принуждения, ообенно по отношению к нерадивым ученикам (всегда есть такие). И чтобы там ни говорили, наиболее успешны учителя, что владеют методами принуждения т. е "держат дисциплину".
0
Учитель в школе должен быть Богом, а не сантехником. Как же это вернуть ? Похоже, никак! Герою интервью кажется, что он вписался в обновлённую интернетом среду. Время накажет.. Воспитание детей безусловно необходимо. И за это отвечает общество в целом. Главное следует понять , что дети это не люди, а человеческие детёныши. Детёныш может стать человеком, может и нет. И возраст, в котором детёныш становится Человеком не может быть строго определён - два футболиста это продемонстрировали в яркой форме и у них, кстати, есть защитнички. Семья , школа, улица все в ответе. Но сейчас это не модно. Модно создавать оазисы и вздыхать на их берегах, это так приятно. Все хотят пролезть в некую элиту. Это грубая системная ошибка, но она вызывает умиление и в этом кроется грядущая опасность утраты связи поколений и времён. Как-то так!
0
Очереднаы хрень от очередного либерала в образовании. Эксперементаторы хреновы со своим потаканием и развлечением вместо обучения, что ж вы все никак не наэксперементируетесь?!
0
Идеи Димы Зицера мне представляются замечательными. И замечательно, если в "Апельсине" ему удалось их реализовать на радость тем, кто может себе позволить это обучение. Ключевая роль педагога, по моему убеждению, - заразить учеников своей собственной фанатичной любовью к предмету. А затем, когда создан самый сильный (в сущности, единственный работающий) стимул к получению знаний - ИНТЕРЕС, истинный педагог должен научить учиться, т.е. научить грамотно раскладывать эти знания "по полочкам". Увы, ряд учителей, как и много лет назад, остаются в заблуждении, что они - источник знаний, пытаясь монотонно пересказывать детям то, что эти дети в состоянии не только прочитать самостоятельно, но и найти самостоятельно в интернете быстрее учителя. Однако, в части "правильного" подхода к массовой бюджетной школе Дима несколько лукавит, на мой взгляд. Не может он не понимать, что вне нормальных рыночных отношений, в которых находятся бюджетные школы, у получателя их услуг - родителей и детей, нет ни права выбора учителя, ни вообще какого-либо права голоса при построении школой образовательного процесса. Право выбора и смены школы также весьма условно. Теоретически право это есть, а практически его реализация связана с "решением вопросов", иногда методами, входящими в противоречие с законодательством. В рамках же школы вопрос "Кто тут хороший учитель" - решает исключительно директор, а "хорошего директора" определяет территориальная структура Минобра, которая в своей работе мнением получателей услуг интересуется еще меньше директора школы. В итоге, в большинстве случаев школа - не дверь в мир удивительных знаний, а "место отбывания повинности". Причем мучаются в этом странном месте как ученики с родителями, так и учителя-надзиратели. Увы, где нет свободного рынка и здоровой кокуренции, - нет и стимула к качественному росту. "Ешьте, что дают, а то и этого не будет" - надпись, все отчетливее проступающая над входом в большинство российских бюджетных школ.
ПОХОЖИЕ МАТЕРИАЛЫ