Эхо войны: о романтике на лесоповале и интернациональных браках
Это сообщение автоматически закроется через сек.

Эхо войны: о романтике на лесоповале и интернациональных браках

Пожалуй, в нашей стране не найдется семьи, в которой не было бы своей личной истории о Войне. В годовщину Победы Littleone публикует одну из них. О романтике на лесоповале, интернациональных браках и НКВД Татьяне Фирсовой (Tais_F) рассказала ее двоюродная бабушка Тамара.

Тамара Маккавеева родилась 5 декабря 1925 года в деревне Меландово Емецкого района Архангельской области. Ее обитатели в основном занимались тем, что заготавливали лес для нужд советского государства. В 1941 году Тамара закончила 7 классов и устроилась работать секретарем сельсовета.

Лето 1941 года. Выпускное фото

А тут война. Контрольные цифры по лесозаготовкам росли, а работников-то — кот наплакал. Все мужики ушли на фронт. Остался один — одноногий и полуграмотный председатель сельсовета. Поэтому в лес мобилизовали девчонок. Они валили деревья, затем обрубали топорами ветки, сучки, счищали кору.

Тамара из-за должности была на особом положении, ее мобилизация не коснулась. Хотя и других дел хватало. Незанятые на лесоповале женщины и дети сеяли рожь и овес на скудных северных полях, работали на молочной ферме, заготавливали грибы и ягоды для потребкооперации, отправляли во фронтовые госпитали еловую хвою для витаминных настоев, подписывались на облигации госзаймов. И ждали писем с фронта от отцов и братьев.

1941 год, после начала войны. Тамара (вторая слева) и девочки эвакуированные из Ленинграда

В январе 1942 года в их глубоком тылу неожиданно появились этапированные на поселение и работу на лесоповале иностранцы — поляки. Многие юноши с ходу повлюблялись в северных русоволосых красавиц. Несмотря на все трудности, были и танцы в клубе, и свидания у реки, и проводы до дома. Все чисто и невинно. Такое было время.


Появился ухажер и у Тамары. Его имя она помнит до сих пор — Ежи Круль.


Симпатичный худенький паренек. Встречались, гуляли, мечтали о мирном будущем. Ежи часто приходил в дом к Тамаре. Пил чай, ел шаньги, рассказывал о чудесной стране — Польше, в шутку пугал непослушную племянницу Тамары внезапным появлением в комнате страшной мыши и смешно изображал ее.

Весной 1942 года стало понятно, что скоро будут свадьбы. Несмотря на войну, смерти, похоронки, тяжелый труд… Интернациональные пары робко входили в сельсовет, писали заявление. Невесты протягивали паспорт, женихи — какую-то справку. И секретарь Тамара торжественным голосом объявляла их мужем и женой, ставила на документах сельсоветскую печать и думала о собственной судьбе. Ежи часто говорил о ней, мечтал, что жить они будут в Польше, а сюда будут приезжать в гости к ее родителям. Тамара весьма туманно представляла будущую семейную жизнь.


Польша представлялась ей каким-то райским местом, где леса не рубят, комаров нет, а все мужчины целуют дамам ручки. Что при этом делают дамы, было неясно. Но то, что они не работают на лесоповале, понятно всем. Иначе их ручки целовать будет затруднительно.


Вдруг в сельсовет пришел приказ, который гласил, что всех ссыльнопоселенцев срочно этапируют. Куда — военная тайна. Поляки стали собираться, как вдруг в их справках обнаружили штампы о регистрации браков! Приехавшая из Архангельска команда сопровождения была в шоке. Кто разрешил браки с иностранцами? Кто посмел их зарегистрировать? Председателю сельсовета не удалось защитить секретаря Тамару. И поехала она, дрожа от страха, в районные органы НКВД.

В то время такие поездки ничем хорошим не заканчивались. По 58 статье отправляли еще севернее, без возврата. Но к счастью, следователем НКВД оказался дальний родственник матери Тамары. Он пожалел семью родни, и дело замяли.

Все произошло так быстро, что сообщить Ежи что-либо не удалось, да и попрощаться тоже — поселенцев уже не выпускали из их барака. Тамара вернулась в деревню через три дня. И той же ночью всех поляков на барже отправили до Архангельска. А куда дальше — неизвестно! Всем молодым женам в паспорта срочно поставили штампы о разводе. У них изъяли все, что даже отдаленно напоминало о польских мужьях, и заставили дать подписку «о неразглашении».


Увы, жизнь — это не кино или пьеса «Варшавская мелодия». У этой истории нет счастливого конца. Тамара так и не встретилась со своим Ежи, пусть и много лет спустя. Она ничего не смогла узнать о его дальнейшей судьбе.


После окончания войны Тамара уехала в Клайпеду к сестре Клавдии. Там она познакомилась с сослуживцем ее мужа Михаилом Самариным и в 1949 году вышла за него замуж. Но первую любовь, своего Ежи, она никогда не забывала. Хотя и очень боялась кому-либо рассказывать эту историю, помня дни, проведенные в НКВД. Но она была уверена, что и Ежи всегда о ней помнил или помнит до сих пор.



Тамара Николаевна Самарина (в девичестве Маккавеева) умерла на 93-м году жизни, не дожив 17 дней до Дня Победы-2018.

Пишу Все публикации автора »
7
0
1123
КОММЕНТАРИИ0
ПОХОЖИЕ МАТЕРИАЛЫ